Михаэль Лайтман Будущее мира – в изменении человека

Тайна десяти колен

Нам не понять современные мировые процессы, если мы не разберемся в той ситуации, которая стала их подоплекой и прототипом около четырех тысяч лет назад. Тогда в Древнем Вавилоне при аналогичном кризисе человечества возникли две концепции развития. Царь Вавилона Нимрод повел большинство по естественному эгоистическому пути, а мудрец и священнослужитель Авраам призвал людей к подъему на качественно новую ступень.

Авраам бал высокопоставленным идеологом, философом и уважаемой личностью. Зачем ему понадобилась “революция”?

М. Лайтман:  Он искал выход из того положения, которое создалось в народе. Обстоятельства заставляли его объединиться, однако люди больше не могли жить вместе. Наоборот, эгоизм в них вырос настолько, что они начали придираться друг к другу, ненавидеть друг друга.

Решение Нимрода было простым, “земным”: “Мы должны просто расселиться – под моим руководством, разумеется”. Так же разъезжаются жильцы коммунальной квартиры, чтобы прекратить склоки.

Но Авраам сказал другое: “Разъезжаться нельзя, потому что закон природы – это закон, и от него никуда не денешься. Однажды Земля все равно станет для нас тесной. А потому не надо ничего придумывать. Природа, развитие требует от нас единства. Мы должны объединяться над эгоизмом”.

Естественно, услышали Авраама немногие – несколько десятков тысяч человек из трех миллионов. Ведь решение это непростое – гораздо проще разъехаться. Так или иначе, приверженцы отправились за Авраамом, вышли из Египта и понесли эту идею любви к ближнему, как к себе, воплощая, реализуя ее между собой.

Этими людьми изначально владело отчаяние, они больше не могли жить с эгоизмом, хотели что-то сделать с ним, избавиться от него. Вот почему их привлекла поставленная Авраамом цель – не просто жить нормальной жизнью, не просто перестать ругаться, грызться друг с другом, а подняться к чему-то новому. Их привлекло именно восхождение на следующую ступень, требовавшее не погасить кризис, а использовать его для подъема.

Вот ведь странные люди. Не хотели жить в своих домах, в “отдельных квартирах” и предпочли этому подъем на духовную высоту. Выходит, основой нашего народа стали вот эти депрессивные ребята, пошедшие за Авраамом?

М. Лайтман:  Ну конечно. Депрессия как раз и “вытолкнула” их наверх. У них было совершенно другое понимание кризиса, они рассчитывали на то, что он поможет им найти смысл жизни, существования.

Ну а остальные рассматривали кризис приземленно: “Разрешим его и продолжим нормально жить”.

В результате люди очень резко поделились на два лагеря, пути которых кардинально разошлись.

Удалось ли последователям Авраама построить общество справедливости?

М. Лайтман: В принципе, их привлекало не построение некоего “красивого”, “пионерского” сообщества. Их привлекало то, что в связи между собой они постигают следующий, более глубокий уровень природы.

Авраам рассказывал им, что кризис предназначен именно для того, чтобы подняться на следующую ступень, для того чтобы постичь внутреннюю силу Природы, ее смысл, ее цель и развитие.

По сути, он просто стоял одной ступенькой выше их, и они тоже стремились подняться туда, пускай неосознанно. Они еще не понимали, как это сделать, как вступить в более глубокий пласт Природы, но уже подошли к подножию, к порогу этой ступени и потому могли услышать Авраама. И он, приоткрыв дверь, говорил им: “Именно кризисное состояние выведет нас туда. Для этого оно и нужно!”

Так все они стали одной семьей. Авраама сменил Ицхак, Ицхака – Яаков. Иными словами, семья проходила ступени развития, называвшиеся “Авраам”, “Ицхак”, “Яаков”, “Йосеф”. Именно он ввел их в Египет, собрав все предыдущие, предварительные ступени и суммировав весь их потенциал – и эгоизм, и устремление над ним к духовному. Так они сошли в Египет, т.е. в ощущение, в раскрытие эгоизма.

Но разве до тех пор они жили в единстве? Разве братья не продали Йосефа в рабство? И разве он сам не предвещал, что они будут поклоняться ему? Значит, был раздор, была ненависть между братьями?

М. Лайтман: Конечно. И еще какая. Именно потому, что они стремились возлюбить ближнего, как себя. Если ты не стремишься к этому, то не раскрываешь эти уровни эгоизма. Когда всё гладко, можно обойтись и так. Но здесь вдруг появляется какая-то причина, какое-то препятствие, и ты должен стремиться к единству вопреки всем проблемам. Они возникают специально для того, чтобы ты поднимался над ними, постоянно устремляясь к еще большей любви, еще большей связи, еще большему объединению. Единство может вырасти только над чувством раскола.

Так последователи Авраама собирались всё плотней и плотней в борьбе со своим эгоизмом, пока Йосеф не привел их в Египет.

Что такое “Египет”? Страна или некое понятие, состояние?

М. Лайтман:  Здесь не имеет значения ни география, ни история.

Группа, вышедшая из Вавилона, объединилась в правой линии (“Авраам”), в левой линии (“Ицхак”), в средней линии (“Яаков”) – и достигла суммарного объединения под названием “Йосеф”. Его зовут также “Йосеф-праведник”, “Праведник, основа мира”. “Основа” (Йесод) – это то, что соединяет всех вместе, часть общего духовного строения, их внутреннего объединения.

И теперь, поскольку они объединились, уже можно говорить о том, чтобы приподнять их на следующую ступень. Но для этого надо дать им огромный эгоизм, который будет властвовать между ними, так чтобы они приподнимались над ним.

А значит, сначала этот огромный эгоизм должен затянуть их в себя. И вот он затягивает их, они начинают ощущать в себе эгоистическое развитие и сознают, что с его помощью тоже можно двинуться к цели. И это называется: “семь египетских тучных лет”. То есть в них развивается “сытный” эгоизм, и он им не мешает.

А затем наступают “семь тощих лет”, когда их эгоизм начинает проявляться как зло. Тогда злой фараон восстает над Египтом и действует против них, то есть пытается их разъединить. А они борются против этого разъединения, вплоть до того что Моше убивает египтянина, который находится между евреями и командует ими. То есть возникает такие напряжение, такие перепады в обществе, что они обязаны с этим что-то делать. До такой степени, что им придется просто удрать из этого состояния, выйти из него, поскольку они не смогут вместе с ним существовать.

Они не согласны существовать в таком эгоизме, но если останутся в нем, то немедленно злой фараон обратится в доброго. Он предлагает им: “Что вы там бузите? Отчего шумите? Оставайтесь, живите спокойно, занимайтесь своим делом, и вам будет хорошо”. Иными словами, не трогайте идеологию, а всё остальное будет в порядке. Это свойственно всем правителям мира: “Идеологию оставьте мне, а что надо, я вам обеспечу”.

Евреи с этим, естественно, не согласны. И Моше начинает их еще больше “разогревать”: “Нам надо уйти отсюда, иначе мы останемся “животными” в этом Египте. Чтобы подняться на уровень “Человек”, постичь Творца, надо выйти из-под власти этого эгоизма, который между нами, из-под власти Фараона…” Это и значит “выйти из Египта” – внутренне приподняться над своим эгоизмом. “…А для этого мы должны соединиться друг с другом еще больше. Но больше соединиться мы не можем, если только не оторвемся от него…”

Следовательно, нужное действие заключается в том, чтобы подняться с помощью некоей особой силы над своим эгоизмом, соединиться между собой. И тогда – постепенно исправлять этот эгоизм, который находится внизу.

Вот это они и делают – рывком поднимаются над своим эгоизмом, соединяются. Это называется: “противостояние у горы Синай”. А затем, объединившись и получив силу объединения, которая называется “Тора”, они постепенно исправляют этот эгоизм в течение сорока лет.

Иначе говоря, они начинают исправлять фараона, который находится между ними. Поначалу они его нейтрализуют – настолько, что он совершенно не портит между ними никаких отношений, не мешает им. Таким образом они объединяются в единую силу.

А затем следующее движение вперед называется “вхождением в землю Израиля”, когда они этот фараоновский эгоизм начинают применять, для того чтобы еще больше соединиться между собой. То есть они его начинают “раздражать”, пробуждать в себе, поднимать, раскрывать.

Сначала они оставили его в покое, шли поверх него, поднимались над ним, все время сокращали, “перекрывали” его. Это называется: “сорок лет прохождения пустыни Синай”. А затем происходит вступление в землю Израиля – когда они раскрывают этот эгоизм – самого фараона! – и начинают “перерабатывать” его на альтруизм.

Группа Авраама со своим законом любви к ближнему, как к себе, “нырнула” через все поколения в Египет, прошла его, вышла, встала вокруг горы Синай – и стала народом. А где в это время находилась группа Нимрода, т.е. остальное человечество, Вавилон?

М. Лайтман: Люди тем временем постепенно рассеивались, расселялись. Каббала и Тора этим не занимаются – они занимаются духовным возвышением человека, а это всё происходит на том же земном уровне. У Иосифа Флавия в “Иудейских древностях” это прекрасно описано.

Вернемся к народу Израиля, который вступил в свою “землю” – в эгоистические пласты собственного желания. Как он стал перерабатывать этот эгоизм?

М. Лайтман: Это было совсем не просто. Во-первых, они не знали, как его переиначивать, как приступить к работе над ним.

Моше с ними уже нет. Нету Авраама, Ицхака, Яакова, Йосефа. И здесь начинается уже другое управление народом.

В принципе, это было царство. Между ними возникали всевозможные трения, описанные уже не в Торе, а в книге Пророков, а затем в Писаниях. Они выбирали, где строить Храм, т.е. где находится подходящее место для совокупности их духовных желаний. Но имеется в виду не география – просто описывается этот процесс в географических терминах.

Двенадцать колен начали делить между собой землю. Было условие, согласно которому два колена должны жить за Иорданом – там, где сегодня находится Иордания, поскольку так было положено по “раскладке” общей души на землю.

В целом, существует человеческая природа (душа), а также животная, растительная и неживая. Все эти уровни проецируются друг на друга, все они построены по одному и тому же параллельному принципу. И когда в нас начинает проявляться человеческая природа, т.е. подобие Творцу, в соответствии с этим духовным “переездом”, мы также меняем место жительства. Вообще, всё в нас переиначивается, и мы даже не замечаем, насколько меняемся. Это происходит как бы “инстинктивно”, само по себе.

И потому они начинают исследовать, выяснять: каким же образом им надо теперь существовать?

Продолжают ли они жить по принципу любви к ближнему, как к себе?

М. Лайтман: Естественно! Продолжают, еще больше углубляя его. Это и есть заселение, освоение земли Израиля. Ведь “земля” – значит “желание”. Так они и идут вперед.

Но суть не в том, что они делят эту землю между собой. Рассказывается в источниках, как каждое колено поселяется на своей земле, там, где оно должно быть. Описываются границы, четкое распределение между ними. Ведь нельзя смешивать колена друг с другом, потому что общее желание, общая душа делится на четыре уровня по три линии.

Отсюда (4х3) и возникли двенадцать частей, двенадцать колен, которые должны полностью соответствовать своему назначению, от духовного уровня до земного, чтобы абсолютно точно, идентично складываться друг с другом по этим уровням и даже следовать параллельно друг другу.

Значит, исправление мира начинается вот с этой маленькой территории, на которую “ложатся” двенадцать колен?

М. Лайтман:  Да.

И вот что интересно: впоследствии, что называется, в конце дней, всё человечество примыкает к этим двенадцати коленам (десять из которых пропали, но вернутся). Тогда всё становится ясным, весь современный Вавилон превращается в одно целое, и двенадцать колен проявляются снова, чтобы распространиться по всей земле. То есть “земля Израиля”, как шагреневая кожа, “растягивается” на весь глобус – разумеется, не материально, а внутренне.

Так исправляются огромные пласты неживого, растительного, животного и, в основном, человеческого эгоизма, который уже охвачен, спаян в единое целое и распределяется по всей земле в том виде, который предстает перед нами сегодня.

В итоге из маленькой точки образуется новый мир с новым намерением, устремленным “прямо к Творцу” – “яшар-Эль”, Исраэль.

Что происходило во времена Храмов? И почему они должны были разрушиться?

М. Лайтман: Во-первых, для чего евреи объединяются? Для того чтобы благодаря своему исправлению наладить между собой такие взаимосвязи, которые позволят выполнить условие “Возлюби ближнего, как себя”. Они должны создать такую единую душу, такое единое желание, в котором полностью проявится Творец. И они достигают этого состояния.

Тогда они строят Первый Храм – в себе, своим внутренним объединением. Однако состояние это существует лишь мгновение, после чего немедленно (!) начинает разрушаться, шаг за шагом.

Таков процесс: сначала медленный подъем к “планке” нужного состояния, а как только оно достигнуто, проявлено, тотчас начинается спуск.

Значит, методика Авраама все-таки достигла своего, подняла народ на требуемую высоту?

М. Лайтман:  Да. И тогда произошел контакт между всем народом и Творцом – на условиях взаимной любви. Народ достиг при этом состояния полнейшего личного исправления. Это и есть построение Первого Храма.

А далее народу больше нечего делать, незачем существовать на этом уровне. В духовном каждое состояние существует только мгновение – когда оно реализуется. Свет проходит, наполняет сосуд – и на этом всё.

А затем это состояние должно пропасть. Ведь процесс идет дальше, пока эта горстка людей, уже ставшая народом Израиля, не исправит всё человечество. Поэтому перед ними раскрывается совершенно новая перспектива.

Конечная цель не в построении Первого Храма, а в полном исправлении всего человечества – о чем Авраам говорил еще в Вавилоне, когда лишь он один знал об этом.

Ну а в наши дни евреи говорят: “Да оставьте нас в покое! Какой еще избранный народ!? Мы хотим быть как все!”

Однако все равно заставят. Мы видим: заставляют – так же, как и тогда…

Если люди достигли уровня Храма, как может вдруг исчезнуть сама память о столь высоком соединении?

М. Лайтман: Проходит любовь и наступает ненависть. Исчезает сила света, которая держит это альтруистическое состояние, это соединение. Оно было достигнуто с помощью света, а как только он перестал светить, следует мгновенное падение и ты уже абсолютно ничего не помнишь, будто не было.

Это и есть падение после разрушения Первого Храма. Начинается вавилонское изгнание, приходит Навуходоносор и уводит десять колен, так что остается только два.

Почему он их уводит? Почему они исчезают, эти десять колен?

М. Лайтман:  Это, в принципе, раскроется в будущем, но, так или иначе, необходимо, чтобы они полностью растворились среди человечества. Они несут принцип любви к ближнему, как к себе, даже не подозревая об этом. И они еще вернутся. Эти искры, семена любви были посеяны в человечестве и расселились по земле, так же как вавилоняне.

Значит, снова происходит встреча Авраама с Нимродом, с Вавилоном.

М. Лайтман:  Да. Но этот Авраам уже не тот. Он упал на уровень Вавилона и потому может с ним соединиться. Однако при этом в нем кроется духовный потенциал, который постепенно вызывает развитие людей, развитие народов на обычном, земном уровне.

Это не только технический прогресс, но и наука, искусство, педагогика, литература – в общем, всё. Десять колен движут этими процессами, потому что после падения с духовного уровня в них все равно остался импульс к движению вперед, к развитию. И они таким образом развивают человечество.

Но развивают очень интересно. Их можно обнаружить и среди великих инквизиторов, и среди великих религиозных деятелей, и среди великих ученых, которые, якобы, не имеют к евреям никакого отношения. Нужно только копнуть поглубже…

Вавилоняне до сих пор живут на земле по очень простому принципу: “Дай мне жить спокойно”. Вот так: включи мне телевизор в отдельной квартире, поставь передо мной тарелку с чем-то – и всё, больше ничего не надо.

Это – Вавилон. А “возбудители”, раздражители”, которые не дают ему погрязнуть в себе, – это уже следствие распределения десяти колен по всему миру.

Иначе и быть не может. Откуда взяться любым подвижкам, если не от импульса, направленного вверх? Тяга к науке, литературе, искусству, к самовыражению тоже идет от желания постичь Творца, только уже эгоистического, не обращенного на отдачу и любовь от себя, а пропущенного через себялюбие.

Итак, после крушения Первого Храма десять колен начали выполнять свою работу на общепринятом уровне, а оставшиеся два колена, олицетворяющие народ Израиля, продолжили движение к подъему над эгоизмом.

 

Опубликовано в Путешествие к корням, Роль Израиля