Следя за политическими дрязгами, мы оставляем без внимания нечто неизмеримо более важное. Я просто положу это здесь, чтобы потом, объявленные вне закона, мы не искали ответ там, где его нет.

Мы, евреи, живем на пороховой бочке. Веками мы повсюду таскаем ее с собой. Где мы, там и она. И даже если бочка умело замаскирована, фитиль все равно предательски торчит из-под декораций патриотичности, принципиальности, лояльности, прогрессивности и бог знает чего еще. Порой мы настолько увлекаемся, что позволяем себе уверовать в эти декорации и забыть о бочке. Но фитиль не спрячешь. И потому нас всегда можно спалить.

Еврейский когнитивный диссонанс

После очередной ракетной кампании мы в очередной раз утешили себя мыслью, что армия у нас крепка, а вот политики подкачали. Надо им было пойти до конца – покончить с терроризмом в корне. Правда, дальше мнения расходятся: по мнению одних, мы покончим с терроризмом, когда всех победим, а по мнению других — когда все отдадим.

История показывает, что оба подхода ошибочны. Нам не отвоевать себе место в мире ни силой оружия, ни жестами доброй воли. Мы упускаем подлинную причину, по которой нас ненавидят, и потому не знаем, как бороться с этой ненавистью. Она коренится в основах, а мы сражаемся со следствиями. И сами с собой.

Правые и левые всевозможных ипостасей были в нашем народе всегда. Но его изначальные лидеры, каббалисты, не были ни правыми, ни левыми. Они понимали, что противоположности – это две стороны одной медали, одной истины, которая выше их обеих. Общей истины, которая необходима всем.

Но мы одурманены политиками и неспособны представить себе общую истину, да и вообще что-то общее, объединяющее. Какое еще единство, если всегда есть коалиция и оппозиция?

Один из крупнейших обманов СМИ – они убедили нас, что все дело в политике, что только ее средствами решаются проблемы страны и народа. Это снимает с человека ответственность и подсовывает ему виноватых. В результате мы разделены и беспомощны.

Откройте глаза! Политика ничего не решает. Она разделяет ради власти. Проблемы для нее – хлеб насущный. Раскол для нее – благословение. В лучшем случае, она склоняется к меньшему из зол.

Давайте же, наконец, приподнимемся над ней. Наше доброе будущее зависит от нас самих и не требует ни выборов, ни революций. Оно требует лишь сближения – внутреннего, целенаправленного, человеческого.

Как люди относятся друг к другу, так они и живут. Все хорошее начинается с взаимного согласия, с устремления к нему. А все плохое – с взаимного отчуждения.

Вот почему страна слабеет год от года, несмотря на технологии, ВВП и стартапы. Мозги у нас крепки, а вот сердца подкачали…

Народ без прав

Глава Google по вопросам разнообразия написал: «Если бы я был евреем, меня бы беспокоила моя ненасытная жажда войн и убийств, чтобы защитить себя. Самооборона – несомненно, инстинкт, но я бы боялся своей растущей нечувствительности к страданиям других».

Написал он это еще в 2007 году. Заметьте: он понимает, что евреи спасают свою жизнь. Но даже это их не оправдывает. Они вне закона. Так почему ненавидят евреев?

Нам объясняют простую вещь: раз уж вас так сильно ненавидят, должны же вы, наконец, вникнуть и сдаться. Ведь сражаясь со своими убийцами, вы проявляете нечувствительность к страданиям их самих и их близких.

Вот что нам скажут однажды во весь голос, из соцсетей и с высоких трибун: «Хватит испытывать наше терпение! Проявите понимание – умрите».

Неужели только тогда мы начнем думать? Неужели до тех пор все попытки донести до нас правду останутся тщетными? Что мешает нам уже сейчас докопаться до причин, чтобы наладить отношения с миром и предотвратить новую бойню? Что, кроме нашего раздутого, напыщенного, твердолобого самомнения?

На евреев не распространяются законы – ни человеческие, ни судебные. Народы, мнящие себя более прогрессивными, тщатся подставить нас под огонь и поджарить чужими руками. Все-таки самим как-то неудобно. Времена не те. Пока что.

Чего же мы ждем? Что они нас полюбят? После тысяч лет ненависти? Серьезно, я спрашиваю: чего мы ждем? На что рассчитываем?

Ведь все идет известно куда – к пресловутому «решению еврейского вопроса». И не будет никакой объективности, никакой возможности оправдаться. Вместо здравого смысла – идеология, вместо судов – судилища. В наши раздольные времена факты теряют значение. Ненависть первична, все прочее подстраивается под нее.

«Вы мешаете нам жить, – скажут народы. – Все наши беды – ваших рук дело. Это вы виноваты. Своим характером, своими деньгами, своей скаредностью и щедростью, гибкостью и косностью, динамичностью и упертостью вы все портите. И даже если мы не понимаем, что именно с вами не так, это ничего не меняет.

Вы недостойны жить среди нас. И вы недостойны жить в Палестине. С какой стати вы пришли в нее? По праву двухтысячелетней давности? Сроки уже давно вышли. Мало ли кто где жил тысячи лет назад. У вас нет прав на эту землю. Вы сами-то знаете, зачем она вам?»

Действительно, мы сами-то знаем, чтó здесь делаем? Почему считаем эту землю своей?

Кто-то предъявляет древние книги, кто-то – исторические права. Другим, возможно, и пошли бы навстречу. Но не нам. Мир не считает нашу религию и нашу историю аргументами в пользу существования государства Израиль. И скоро он скажет нам это в открытую, не таясь.

Наши враги неутомимо завоевывают идеологический плацдарм, который позволит им дезавуировать, делегитимизировать любые наши притязания. Не только на государство – на жизнь. И эта стратегия намного действеннее терроризма – она выбьет у нас опору из-под ног, и мы останемся с миром один на один. Не так, как сейчас, когда у нас еще есть друзья и партнеры. А так, как это было в нацистской Европе.

И что тогда? Сдадимся людоедам на съедение? Или будем воевать до последней капли крови?

Найти ответ

Мы полагаем, что конфронтируем с человечеством. Но это выше человечества. Словно чья-то рука неумолимо раскручивает маховик ненависти поколение за поколением. Неумолимо и закономерно.

Человечество развивается не по чьей-то политической прихоти, а по законам природы, в том числе человеческой. А человеческая природа, в основе своей, эгоистична и не выносит противоположности, не терпит тех, кто символизирует обратный вектор.

Именно евреи прочертили его. С этого начался наш исторический путь. В действительности, сами того не понимая, народы ненавидят нас за идею. Идею доброго единства всех людей. Эта идея, подкрепленная методикой, жила и действовала в народе Израиля несколько тысяч лет, пока эгоизм не взял верх окончательно.

И за это нас ненавидят. Мало того, что мы иные, из иного истока, мало того что когда-то мы провозгласили своей целью подлинную любовь, а не ее суррогаты, – вдобавок к этому мы не довели дело до конца и оставили всех в раздоре, в нескончаемой череде страданий и войн.

Человечество враждует испокон веков и враждовало бы непрерывно, если бы могло. Но приходится делать перерывы, передышки, заключать перемирия. Мир – это период времени, позволяющий оправиться от прошлой войны и подготовиться к следующей.

Мы – единственные, кто бросил вызов этому распорядку, кто показал путь наверх, к избавлению, к счастью. С тех пор нас ненавидят – и за поднятый мятеж, и за поражение.

Вот почему у нас нет никаких оснований надеяться на что-то, никаких добрых перспектив, пока мы не поднимем свой стяг и не сделаем то, чем обязаны человечеству.

«Почему обязаны? Почему именно мы?»

А почему родители должны заботиться о ребенке? И разве надо им это объяснять?

Чтобы понять законы Природы, сначала нужно привести себя в соответствие с ними. Для нас это означает взяться за свое дело, за свою исконную задачу. Вернуться на путь к единству – уже на новом уровне, в глобальном мире, который подсознательно ждет и требует этого от нас. Он не примет в откуп ничего другого – просто не сможет, это выше него.

И нам нужно понять это, потому что сам он не поймет. Фитиль перед глазами, а ненависть слишком сильна. Она схлынет, только когда народ Израиля вернется к себе, к своим основам. Лишь тогда мы будем достойны нашей земли в глазах народов, и они отдадут ее нам – по праву, за дело.

Ну а пока что мы сидим на пороховой бочке и выбираем тех, кто клянется ее беречь…

Я просто положу это здесь, чтобы потом, объявленные вне закона, мы не искали ответа там, где его нет.

Но это же бред – тянуть до последнего!