Михаэль Лайтман Будущее мира – в изменении человека

Воспитание чувств

Ведущий: После предыдущей беседы мы поняли, что очень сильным движущим фактором в жизни ребенка, как и взрослого, является, с одной стороны, стыд, а с другой – желание заслужить уважение. Сегодня мы бы хотели услышать, что такое стыд, и как использовать его в качестве инструмента воспитания.

М. Лайтман: Окружение для ребенка – это сначала мама, потом мама и папа, потом детский сад, школа, и так далее. И относительно любого окружения он всегда старается быть в таком состоянии, чтобы не было ущемлено его эго.

Ведущий: Что такое эго?

М. Лайтман: Желание наслаждаться жизнью. И если я не могу наполнить его, – мое эго терпит ущерб, и я испытываю страдания.

Стыд – это самое сильное ощущение удара по эго, потому что оно стирает во мне представление о том, что я выше других или хотя бы, – как другие. И я всегда очень слежу за собой, чтобы не сделать что-то, что может вызвать у меня чувство стыда.

Кроме того, я все время стараюсь заслужить уважение общества. И конечно же, веду расчет согласно эгоистической формуле “минимальный вклад при максимальном выигрыше”. То есть, постоянно проверяю, стоят ли необходимых усилий старания избежать стыда или удостоиться уважения.

Человек всегда находится между стыдом и почетом. И только от окружающего общества зависит, что он считает для себя постыдным и что – достойным уважения. Если я нахожусь среди преступников, то я не стыжусь того, что я преступник, а если среди добропорядочных людей, то быть преступником для меня – стыдно. То есть, окружение формирует во мне ценности, с которыми я живу.

Все это справедливо и относительно растущего человека, ребенка. И родители должны начинать прививать ему жизненные ценности с раннего детства, как говорится, с младых ногтей. С момента, когда он начинает реагировать, они должны уже начинать показывать ему, что такое хорошо и что такое плохо. Конечно, на его уровне.

Задача родителей не только сформировать у ребенка правильную, с их точки зрения, систему ценностей, но и научить его самостоятельно оценивать приоритеты окружения и справляться с ситуациями, когда ценности окружения не совпадают с ценностями, воспитанными в нем семьей.

Эти вещи нужно формировать постепенно, и они требуют множества примеров, обсуждений и объяснений. Надо создать в ребенке его собственную основу, чтобы он не был слишком зависим от окружения, буквально порабощен им.

Скажем, несколько друзей говорят подростку: “Давай сегодня вместо школы пойдем гулять”. В таком случае он должен подумать, следовать ли своим личным ценностям или ценностям друзей. Он должен сравнить, что почувствует перед товарищами, если откажется, с чувством стыда перед родителями и учителями, если прогуляет уроки. Что окажется сильнее?

Ведущий: Но, сколько бы мы ни старались, дети все равно совершают нехорошие поступки. Как родители должны на это реагировать?

М. Лайтман: Мы не кричим, не ругаем его – мы обсуждаем случившееся. Стараемся выяснить с ним вместе, почему так произошло. Нужно, чтобы он сам оценил то, что сделал.

Возможно, он слепо пошел за товарищами, когда они потащили его играть в футбол вместо уроков. Может быть, он стеснялся или не знал, как поступить.

Ведущий: То есть, человек всегда измеряет себя относительно некой системы ценностей. Вы сейчас описали состояние, в котором у ребенка есть две системы ценностей и, когда возникает противоречие между этими системами, ребенок не знает, как поступить.

Вопрос у меня такой. Чего он будет стыдиться больше, то есть, какая система ценностей повлияет на него больше?

М. Лайтман: Это зависит от того, насколько сумели родители привить ему свою шкалу приоритетов. Когда я был подростком, меня почему-то пытались втянуть в свою компанию ребята 15-16 лет – такие, будущие преступники.

И хотя они выглядели такими привлекательно взрослыми, сильными и смелыми, я всегда где-то на полдороге уходил от них. Для меня определяющим оказалось домашнее воспитание. Но это потому, что оно было очень сильным.

Ведущий: Давайте все же поговорим о том, как быть, если ребенок сделал нечто, не укладывающееся в рамки стандартов, принятых в нашей семье.

Как должны повести себя родители, чтобы, с одной стороны, не оказать на него излишнего давления, не сломать его, а с другой, – чтобы помочь ему понять то, что сам он понять не может?

М. Лайтман: Только с помощью обсуждения. Ведь кто он, наш ребенок? Он – результат нашего воспитания. Он столкнулся с такой ситуацией, с которой не сумел справиться. Он не виноват. А мы, видимо, что-то упустили, поэтому он так поступил.

Не надо делать из этого трагедии, что бы там ни произошло.

Лично к нему у нас не может быть никаких претензий. Но мы вместе с ним должны задуматься: “Как же мы можем подготовить тебя к такой ситуации, чтобы ты в следующий раз смог с ней справиться и поступить правильно, наилучшим образом. Чего не хватает, как ты думаешь?”

Ведущий: Я хотел бы понять, как вместо того чтобы пристыдить ребенка, привести его к пониманию, что он поступил нехорошо.

М. Лайтман: Я повторю снова и снова – нужно все время говорить с ним, объяснять ему все, рассказывать о своей жизни. Ребенок слушает и впитывает ваше отношение к жизни, вашу оценку различных явлений. Ему больше неоткуда получить это – ведь школа этому не учит. А компания во дворе или в школе – мы знаем, чему там можно научиться.

Я думаю, что получить что-то хорошее, позитивное можно только от родителей. И мы должны позаботиться об этом. По сути, лично мое отношение к жизни – а я уже пожилой человек – я тащу из детского возраста, из своих первых впечатлений от жизни, от родителей, от дедушки и бабушки. То, что ребенок получает лет до 15, формирует его, от этого он уже никогда не избавится.

Ведущий: Стоит ли родителям говорить ребенку “Как тебе не стыдно?”, если он сделал что-то плохое?

М. Лайтман: Зачем? Он сам должен себе это сказать.

Ведущий: Но как мне сделать, чтобы он сам себе это сказал? Если он сделал что-то очень, очень плохое. Очень!

М. Лайтман: Не обсуждать это. Просто не говорить об этом прямо. Говорить маленькими порциями, понемногу о разных вещах, из которых он сам, как из пазла, сложит свое понимание и собственное отношение к подобным поступкам.

Ведущий: Общую идею я понял. Но как мне непосредственно, сразу реагировать на его поступок? Давайте рассмотрим ситуацию ближе, практически. Ребенок сделал что-то такое, о чем даже неприлично сказать. Что мне делать?

М. Лайтман: Промолчать.

Ведущий: Сделать вид, что мы не заметили или не придали этому значения? Тогда как он узнает, как мы к этому относимся?

М. Лайтман: Может быть, почитать какой-то рассказ о чем-то похожем, что произошло с кем-то.

Но никакого давления, никаких наказаний. Это молчание не должно выглядеть как “мы с тобой не разговариваем”. Просто промолчать. Как будто ничего плохого не произошло. Или рассказать о том, как со мной произошло что-то подобное. Было это или не было, – не важно. Это лучше всего. Иначе он ничему не научится.

Ведущий: Вы напомнили мне одну историю. Это одно из самых сильных ощущений стыда в моей жизни.

Мне было примерно лет 15. Мы, несколько друзей, вошли в полный автобус и начали дурачиться. У нас была одна учительница, которая как бы полузаикалась. И мы начали ее в автобусе передразнивать.

Вдруг я заметил, что она стоит позади нас и всё слышит. В этот миг мне хотелось провалиться сквозь землю. И я подумал: “Как она отреагирует? Накажет нас?” Но она ничего не сказала, даже не сделала замечания. Я молился, чтобы она хоть что-то сделала, может быть, даже наказала.

Но именно это ее молчание и то, что она вела себя в классе, как будто ничего не произошло – именно это было самым тяжелым.

М. Лайтман: Да, это пример для подражания.

Ведущий: И все-таки, этот случай, когда учительница так мудро привела меня к пониманию того, что стыдно смеяться над кем-то другим, не похожим на меня, – этот случай был как бы подстроен свыше. Но как мы сами, родители, можем организовать такой урок для ребенка? Дети ведь очень любят смеяться над другими.

М. Лайтман: Можно предложить ему представить, что кто-то может так же посмеяться над ним.

Ведущий: Я не уверен, что понял.

М. Лайтман: Когда ребенок смеется над кем-то, он не понимает, не чувствует, что это что-то нехорошее. В этот момент он наслаждается, он чувствует себя выше кого-то. Он же не видит в себе недостатка. Поэтому нужно дать ему ощущение второй стороны. Можно предложить ему найти в себе какой-то изъян и представить, как кто-то посторонний смеется над ним.

Надо развивать в ребенке чувство ближнего. Он должен уметь ставить себя на его место, чтобы почувствовать страдание другого, когда над ним смеются. Это будет хорошим противоядием, инъекцией против таких насмешек. 

Опубликовано в Воспитание