Михаэль Лайтман Будущее мира – в изменении человека

Ренессанс любви

О любви написано огромное количество книг, снята масса фильмов, проведено множество исследований, но любовь все равно остается загадкой. И нам все труднее и труднее налаживать взаимоотношения между полами.

Даже когда между двумя людьми “проскакивает искра” и сердца “пронзаются навылет”, проходит какое-то время и влюбленные начинают сомневаться в истинности и прочности своих чувств.

Любовь в природе логична

В природе все устроено гораздо проще. Животные создают пары в определенный период, выбирая партнера по четким признакам и критериям. В конечном итоге, их расчет прост: принесет ли любовный союз наилучшее потомство. Кто для этого больше всего подходит тоже ясно.  Кто сильнее, или тучнее, или моложе, или выше по статусу, тот и лучше. Природа здесь не оставляет места для ошибок.  

У людей же в этом смысле все очень запутано и проблематично. С одной стороны, мы способны подняться выше животного алгоритма, а с другой, можем пасть еще ниже, поскольку не в состоянии наладить наши взаимоотношения даже на таком уровне, как это происходит у животных. Животные не ошибаются, а мы, по мере развития, ошибаемся все больше.

И потому нам очень желательно понять, что же это за добавка дополнение, возвышающая нас над животным уровнем и позволяющая либо подняться над ним, либо упасть? Для чего природа это так устроила? Ведь речь идет о сильнейшем инстинкте – сексуальная потребность следует сразу после потребности в пище. Без пищи человеку не прожить, однако, если пища обеспечена, он сразу же устремляется на поиски партнера и секса.

Виражи “основного инстинкта”

Но вот беда: этот мощнейший инстинкт “расфокусирован”. С едой все понятно: когда очень хочется есть, главное – насытиться, неважно чем, пускай даже вопреки привычкам. А вот в “основном инстинкте” человек запутан: c одной стороны, ему нужен простой секс, как на животном уровне. И раз уж он в этом нуждается, то не предъявляет особых предварительных условий и готов на компромисс, лишь бы удовлетворить свою страсть. А с другой стороны, кроме секса он ищет некую внутреннюю связь.

И вот здесь-то партнеры и совершают промахи, не зная, как совместить эти два запроса. С “животной” точки зрения критерии ясны: партнер должен быть из моей среды, со схожими привычками, воспитанием, пристрастиями в еде (обычно это важно для мужчин), сходными жизненными ценностями… На остальное мужчины в прошлые времена и не смотрели, когда выбирали себе жен.

Неслучайно в животном мире самки не отличаются привлекательностью, а “красивы”, наоборот, самцы. То есть дело тут не во внешней красоте, а в физическом здоровье, которое и являлось раньше основным критерием.

Что же касается многократно воспетой любви, ее “победное шествие” началось не сразу. В народе при заключении брака она не была распространена и востребована, оставаясь забавой аристократов, своего рода “соперничеством самцов”, сходным с аналогичным поведением в животном мире.

В целом, мужчина практически покупал жену, а затем она начинала заботиться о нем, проникалась к нему чувством, и со временем он становился ее. В большинстве случаев, это был просто вопрос привыкания. Такова была природа вещей, и пока эгоизм удерживался в естественных рамках, люди подходили к семейной жизни просто, практично и по-деловому.

Однако со временем кривая развития эгоизма пошла вверх, и период средневековья ознаменовался новым “брендом”. Сначала он охватил слои высшего общества, поскольку их эго росло быстрее, а затем понемногу проник и в другие сословия. Но все же и по сей день в самых разных странах мира можно видеть, что люди относятся к этой стороне жизни просто, без высоких материй, не путаясь в сумятице чувств. И, кстати, вполне преуспевают в этом плане, по сравнению с теми, кто опередил их в развитии эгоизма.

Стандарты виртуального бытия

Сегодня взросшее эгоистическое желание требует от нас не серьезных, долгосрочных и глубоких чувств, не любви, а сиюминутных, сильных эмоций, испытав которые мы тут же отправляемся на поиски новых. Таких же ярких и таких же быстротечных.

Еще каких-то сто лет назад мы были далеки от этого, а сегодня с удивлением обнаруживаем, как быстро закончилось шествие любви по миру. С каждым годом мы становимся все менее способными на создание доброй, прочной взаимосвязи между партнерами. Институт семьи разрушается, и мы вступаем в другой этап.

Наш эгоизм развился до такой степени, что мы больше не умеем, да и не пытаемся устанавливать между собой связь напрямую. Нам уже легче общаться по телефону, в интернете. Нам кажется, что так у нас больше шансов оградить свое эго от ущерба. И даже если мы протягиваем между собой романтические нити, все равно срабатывает некая внутренняя защита, не позволяя по-настоящему раскрыться друг перед другом.

Как бы мы к этому ни относились, таковы факты. Изнутри нас гложет желание, но мы не в силах удовлетворить его. В душе я бы, может, и хотел целиком отдаться ощущению слияния душ с моим партнером, но уже неспособен на это. Просто неспособен. Во мне словно существует внутренний барьер, не позволяющий раскрыться. Более того, я вижу, что и с моим партнером происходит то же самое. Он тоже закрывается, прячась за различными масками, которые очень трудно сорвать.

И в итоге вся наша жизнь складывается из виртуальных связей. Особенно сегодня, когда коронавирус рассадил нас по домам. Весь наш день проходит в телефонных разговорах, электронной переписке, комментариях в соцсетях…

Такой распорядок мы выстроили, исходя из внутренней потребности в “фильтрованной” связи через различные устройства. Наш эгоизм, который они обслуживают, требует именно таких, деловых отношений, когда я все взвешиваю и оцениваю самым рациональным образом.

Я смотрю на окружающих и прикидываю, что же они скажут. Руководствуюсь стандартами “виртуального бытия”. И получается, что в конечном итоге я не только не способен познать и изучить противоположный пол, но даже не знаком и со своей душой, со своими внутренними запросами.

И потому наше общение сводится к празднословию и носит внешний, общепринятый характер. Мы перекидываемся ничего не значащими фразами, даже не пытаясь нырнуть поглубже. И в таком “плескании на мелководье” нет никакой серьезной связи. Человек уже не в силах ее создать, ведь он не в состоянии раскрыться и к тому же не знает, что он сам представляет собой там, внутри.

А если мне не под силу распахнуть себя, что я могу дать другому?

Здесь мы сталкиваемся с проблемой человека, не знакомого с самим собой. Особенно сегодня, когда наш усиливающийся эгоизм модернизирует мир, из-за чего наша жизнь становится все примитивнее.

Уподобляясь компьютерам, мы переходим на простейшие двоичные формулы взаимодействия и мировосприятия. Глубоким чувствам туту просто не остается места. С “аналогового” формата все переходит на “цифровой”. Вместо гармонии множества частей и компонентов, мы подчиняем процессы простым алгоритмам – лишь бы они хоть как-то нас наполняли.

Возвращение “в детство”

Чтобы это изменить, нам нужно вернуть человека “в детство”, в подлинную простоту, в исконную любовь, подобную любви между матерью и ребенком. Тогда мы сможем вновь ощутить глубокую, внутреннюю взаимосвязь. Ведь на самом деле в отношениях с партнером я ищу тот же самый источник любви, которым когда-то была для меня мать, только уже на другом уровне.

Отношения между людьми являются в наше время центральной проблемой. И именно их изменение должно стать основой исправления мира. А начать это изменение можно с построения правильной связи в семье. По сути, это уже стало насущной потребностью, ведь люди испытывают фрустрацию в семейной жизни. Они больше не умеют проводить четкое разграничение между сексом и душевной связью (которую и можно было бы назвать любовью). Поэтому нам надо заново учиться правильно сочетать одно с другим.

И здесь становится ясно, что без введения в нашу жизнь принципа любви к ближнему, как к себе, никакой правильной связи не будет. Ведь настоящая любовь, духовная связь, означает, что каждый наслаждается другим, отдавая ему все тепло своего сердца, радуясь его радостью больше, чем своей.

С метками: , ,
Опубликовано в Новости, Семья, Статьи